Ночь давно... Огарок догорает... Женщина склонилась над шитьём: Золотым узором расшивает Платья дорогого окаём.
Не себе – одной богатой даме. Завтра праздник, надо бы успеть. А глаза нет-нет на свечку глянут: На исходе, а в запасе нет.
И быстрей, быстрей мелькают пальцы, За стежком торопится стежок. А в углу, под старым одеяльцем, Спит её любимый малышок.
Отягчённый бременем заботы, Чтоб ребёнка на руки поднять, Ей, вдове, приходится работать, Даже ночью некогда ей спать.
Вдруг – что это? – Нет свечи убогой, Чудный свет по комнате разлит: В одеяние белоснежно-строгом Ангел перед женщиной стоит.
Говорит ей: «Поспеши за мною». Двор, калитка, - и они летят Над ночной, притихшею землёю. Опустились в помещенье. склад.
Миг – и дверь пред ними уж отверста. Внутрь входя, ей ангел говорит: «Сыну своему любое сердце В этом складе, женщина, бери!»
Смотрит, а вокруг сердца людские. «Вот сердца богатых, посмотри, Их не тронут слёзы никакие, Золото звенит у них внутри». –
«Нет, знакомы мне сердца богатых. Не хочу, чтоб сын мой был таким, Не хочу, чтоб он, живя в палатах, Причинял несчастие другим». –
«Посмотри, вот каменное сердце, С ним на свете долго можно жить; В нём волнения и чувства – редкость, Их нельзя ничем расшевелить». –
«Нет, не надо». Долго так искала Сердце сыну бедная вдова. И каких сердец там не лежало! – Даже закружилась голова:
Золотые, медные, стальные, Деревянные и из земли, Глиняные, даже восковые – Никакие ей не подошли.
Перебрав сердец различных груды, Подходящих так и не найдя, Ангел Божий показал ей в угол, К выходу почти что подойдя.
Там лежало сердце... Что же это? Что – она сама не поняла: Там лежало сердце всё из света, Неземной краса его была!
В этом сердце отражалось небо, В нём слились все отблески души. «Чьё оно? – вдова спросила. – Мне бы...» «Христианина», - раздалось в тиши.
«Дайте мне! Его я выбираю». Но... Молчанье ангела в ответ. «Дайте мне! Прошу Вас, умоляю! Лучше и прекрасней сердца нет!» -
«Трудно с ним... В нём звуков неба много, Знает это сердце скорбь людей. Но гонимы на земле жестоко Те, кто в небе получил удел.
Вспомни мать, которая стояла Не у трона славы – у креста, Душу ей оружие пронзало. Ты согласна рядом с нею встать?»
«Но ведь сын её воскрес, не так ли?» - «Да, воскрес, однако на земле Он испил страдания не каплей – Чашей полной, с кровью на челе.
А за что? – За то, что возлюбил Он Так, как не любил ещё никто. Вот за что Его толпа убила На кресте. Согласна ль ты на то?»
«Сын мой тоже, как и Он, воскреснет?» - «Да», - ответил ангел ей опять. «Сыну я хочу такое сердце!» - С твёрдостью проговорила мать.
Вдруг исчезло чудное виденье... И хоть много лет прошло с тех пор, Мать хранит в святом благоговенье В своём сердце этот разговор.
Вырос сын и стал христианином. И за то, что людям правду нёс, Был он попираемым, гонимым, Но в страданьях рядом был Христос.
Мать есть мать. Она переживала, Плакала, молилась в час ночной, Но её до смерти утешало Слово это: «Сын воскреснет твой».
Евгений Сальников
|